«Игра длиною в жизнь».

Женская доля... Как часто она бывает «несладкой». Миллионы женщин всю жизнь «маются», утешаясь тем, что и у мамы, и у бабушки, и у прабабушки было не слаще. И при этом не подозревают, что именно мама — главный режиссер и постановщик дочкиного счастья и несчастья. Как же разорвать порочный круг грустных сценариев «женских судеб»? Выйти из сценария!

Любая женщина хочет быть счастливой, но далеко не всем это удаётся. Как обрести счастье, а, главное, в чём оно — не абстрактное, а именно твоё? Кто ты, чего ты хочешь от жизни — рано или поздно все мы сталкиваемся с необходимостью найти ответ на эти вопросы. И часто к своему удивлению обнаруживаем, что наши цели, стремления и даже наши желания — вовсе не наши, потому и реализация их не приносит ни радости, ни покоя. Откуда же взялась та жизненная программа, на воплощение которой мы тратим столько сил, энергии, талантов? Да оттуда же, откуда мы сами — из детства.

Английская поговорка утверждает: «Рука, качающая колыбель, правит миром». И не только миром, но и судьбой каждого человека. Нашу колыбель качали наши мамы, мы передаём эстафету нашим детям, сыновьям и дочерям. Дочери вырастают в новых матерей и транслируют своим детям то, что получили в своём детстве. Так сохраняются традиции и историческая память, но так же множатся и ошибки, и несчастные женские судьбы. Что заложено в нас, как преодолеть негативные моменты и сохранить лучшее из материнского наследия? Современная психология помогает ответить на эти вопросы, рассматривая так называеые «жизненные сценарии».

КТО ДИКТУЕТ НАМ СЦЕНАРИЙ?

Основной рецепт воспитания известен издавна: «Посеешь поступок — пожнешь привычку, посеешь привычку — пожнешь характер, посеешь характер — пожнешь судьбу». «Урожай» судьбы определяется не только характером, но и, так сказать, «планом жизни», который составляется ещё в детстве и во многом определяет все наши последующие решения и выборы. Такой план в психологии называется жизненным сценарием. Впервые теорию сценариев разработал знаменитый американский психолог Эрик Берн, дальнейшее ее развитие шло по мере практического применения. Жизненный сценарий чаще всего выбирается неосознанно, его определяют установки, заложенные в нас в детстве родителями и обществом. Считается, что каждый уже в детстве «знает» важные моменты своей будущей жизни, при этом часто человек может сформировать антисценарий — «сценарий наоборот».

Впрочем, не имеет значения, строится ли наша жизнь по сценарию, или вопреки ему: в обоих случаях именно он продолжает руководить нами. Самые прочные жизненные сценарии закладываются в нас теми, с кем мы наиболее крепко связаны в детстве. Главный человек в жизни маленького ребёнка, конечно, его мама. Но если мальчик, подрастая, чаще всего выходит из-под влияния матери, то девочка связана с ней самим фактом принадлежности к женскому миру. Часто эта связь сохраняется на долгие годы, и влияет на жизнь и судьбу выросшей дочери. Отношения взрослой женщины с матерью могут быть враждебными, мирными, любящими, напряжёнными, в этой палитре эмоций отсутствуют только нейтральные тона. Ситуация осложняется тем, что женским премудростям и отношениям с миром мужчин девочка учится у своей матери независимо от качества отношений с нею, а научить мама может только тому, что умеет сама. Получается, что мать не просто закладывает жизненный сценарий дочери, но, по сути, передаёт «по наследству» свою женскую судьбу.

«Мамы всякие нужны» — этот вывод из известного детского стихотворения подтверждается во всех случаях взаимоотношений матери и дочери. Девочка учится быть женщиной уже в раннем детстве, и то, как успешно она освоит все виды женских ролей, определяется тем, насколько хорошо умеет это её мать.

МАМЫ ВСЯКИЕ ВАЖНЫ

Если девочка только примеряет к себе женские «одежки», то её мама реализует их, при этом совмещая с профессиональной деятельностью и сложными социальными ролями за пределами семьи. Мать может передать дочери только два основных «послания»: «Будь такой же, как я» или «Не будь похожей на меня». Часто эти две взаимоисключающих установки соседствуют в одной женщине, и такое противоречивое отношение она транслирует подрастающей дочери. Конечно, жена, мать и хозяйка сочетаются в едином женском образе, но, дочери «считывают» материнскую матрицу, отделяя одну роль от другой. Например, мама успевает и дома прибраться, и приготовить обед, и принять гостей, дома всегда есть что-то вкусненькое, пахнет пирогами. Дочка помогает маме готовить торт к семейному чаепитию, потом все вместе уплетают угощение и дружно убирают со стола. В это время в подсознание девочки отправляется множество «фотографий» уютного дома, вкусных запахов, теплой и радостной жизни в родительском доме.

Если мать слишком много работает, занята собой, или просто не любит домашнее хозяйство, то вместе с испечённым по случаю пирогом, она «отправит» дочери сигнал негативного восприятия роли хозяйки дома. Важнее всего не то, сколько успевает мать сделать по дому, а психологический посыл, который отправит она своей девочке. Передаётся не умение печь пирог, а радость от того, что ты можешь его приготовить для своих близких. Или раздражение по этому поводу. В конце концов, рецепты блюд всегда можно найти, но вдохновенное желание быть хозяйкой закладывается только в детстве.

Второй важнейший урок от матери девочка получает в сфере отношений с мужчинами. Оказалось, что девочки с младенчества фиксируют все нюансы маминого отношения к мужу. Запечатлевается каждая деталь: как мама ждёт папу с работы, как меняется её голос, когда она говорит с папой при гостях или в разговоре с подругой. Если мать холодна и неприветлива с мужем, не заботится о нём, ругает его при ребёнке, или постоянно напряжена, дочь впитает сам стиль, способ отношений с мужчиной. Выросшая девочка к своему ужасу вдруг услышит в своём голосе материнские интонации, которые в детстве заставляли сжиматься её сердце при родительских ссорах.

Самый главный сценарий, закладываемый отношением с матерью, воспроизводится тогда, когда выросшая женщина сама становится мамой. Именно тогда проявляются все ошибки воспитания, нарушившие гармонию отношений мать-дочь. Потребность в любви в младенческом возрасте так же сильна, как потребность в пище, тепле и сне. Но если девочку в раннем детстве «недолюбили», это может оказаться незаметным в более старшем возрасте. Часто такие дочери послушны, некапризны, старательны, они изо всех сил пытаются заслужить мамину любовь, которой были лишены в детстве. И только родив своего первенца, такая женщина осознаёт, что не умеет самых простых вещей — нежно покачать своего малыша, спеть песенку, улыбнуться в ответ на его улыбку. При этом она будет любить своего ребёнка, но эта любовь будет закрыта в её сердце, зато наружу начнёт подниматься обида на мать и непроходящая боль, которую выросшая дочь ощутила с опозданием на годы.

Разбираться со своими чувствами к матери женщина может долго и без успешно, а тем временем её трагедия передастся следующему поколению через закладку нового сценария. Эти проблемы осложняются тем, что в воспитание внуков активно начинает вмешиваться мать, ставшая новоиспеченной бабушкой.

ДОЧКИ-МАТЕРИ, ВНУЧКИ-БАБУШКИ

С рождением следующего поколения отношения матери и дочери выходят на новый этап. Конечно, кризисы взросления случаются и до этого. Обычно переломными моментами становятся наступление подросткового возраста — первая попытка дочери изменить заложенный сценарий, потом может последовать уход из родительского дома, и, наконец, брак. Каждый из этих этапов даёт шанс изменить неблагоприятные сценарии и гармонизировать чувства между обеими женщинами, но если этого не случилось, проблема обостряется с появлением у дочери своих детей.

Круг замыкается, она сама становится матерью, наступает её черёд выбирать сценарии. Если ситуация благоприятная, то девочка хорошо усвоила основные женские роли: она имеет все шансы стать любящей женой, хорошей хозяйкой и нежной матерью. Такая женщина ощущает свою женственность, принимает свою сексуальность, умеет следить за своей внешностью и получает от этого удовольствие. Иными словами, перед нами счастливая женщина, благодарная матери и любящая себя, мужа и детей. К сожалению, такой вариант сегодня даже в мыльных операх встречается нечасто, а уж про реальную жизнь и говорить нечего. Чаще всего в современном мире идентификация проводится с «плохой матерью», то есть, с матерью, которая сама не очень-то справилась с одной, а то и со всеми женскими ролями. При этом дочь не хочет быть похожей на свою мать, но это ей не удаётся. При всём разнообразии вариаций, в этом случае срабатывают три варианта сценариев.

СЦЕНАРИЙ ПЕРВЫЙ

Девочка выросла с властной матерью, которая установила контроль над мужем, родственниками, бабушками-дедушками и, конечно, над ребёнком. Пока дочь росла, она пыталась вырваться из-под материнского гнёта, конфликтовала с ней, осуждала и не принимала материнское поведение. Но мать самим своим поведением заложила столь мощную программу, что доводы рассудка не смогут помочь дочери. Став взрослой, она воспроизводит в своей жизни стиль поведения матери и повторяет её жизненный сценарий.

СЦЕНАРИЙ ВТОРОЙ

Дочь с детства видела, как отец унижал мать, та, часто заботливая и ласковая, старалась всем угодить, но это не помогало — она все годы занимала последнее место в семейной иерархии. Девочка и жалела мать, и старалась ей помочь, но мысль о такой же судьбе приводила её в ужас: тяжёлая домашняя работа, отсутствие благодарности, неуважение к ней со стороны мужа, свекрови, а иногда и собственной родни. Всеми силами выросшая дочь сопротивляется такой судьбе, но подсознательные сценарные установки «загоняют» её в такую же трагическую женскую судьбу. К сожалению, в современной России этот сценарий наиболее часто воспроизводится всё новыми и новыми женщинами.

СЦЕНАРИЙ ТРЕТИЙ

Мать не уделяла дочери тепла и заботы, даже при внешнем благополучии семьи. Одетая, накормленная и выученная девочка сохранила на всю жизнь горькую обиду, чувства обделённости и одиночества затаиваются в сердце уже взрослой женщины. Дискомфорт будет требовать анестезии: работа, бурные романы, случайный секс, светская жизнь. Алкоголь, наркотики, экстрим — всё, что угодно, лишь бы заполнить внутреннюю пустоту. И вот у такой женщины рождается ребёнок эстафета нелюбви, полученная от холодной матери, как проклятье передаётся новому поколению. Это третий по счёту, но по распространенности — второй вариант женской судьбы, передающейся от матери к дочери. Особенно часто этот сценарий срабатывает в крупных городах.
Так есть ли шанс уйти от диктата сценария? Да, и этот шанс реализуют женщины, сумевшие сломать программу, заложенную в них матерями.

МЫ ВЫБИРАЕМ, НАМ ВЫБИРАЮТ...
 
Начало этих женских судеб часто такое же, как и в сценариях, рассмотренных раньше. Отличие начинается там, где дочь не просто отказывается следовать материнскому сценарию, но фактически уничтожает его. И только расчистив обломки психологических программ, запечатлённых с первых дней жизни, начинает строить свою собственную судьбу.

АНТИСЦЕНАРИЙ: МАТЬ-ЖЕРТВА

Девочка росла с доброй, ласковой матерью, которую обижали отец и другие родственники. «Сильные» члены семьи пытались привлечь ребёнка на свою сторону, втянуть в пренебрежительную эксплуатацию матери. Дочь оказывается перед трудным выбором, но встаёт на сторону любимой и несчастной матери, защищая и утешая её.
При этом удаётся сломать материнскую программу и заменить на сценарий «У меня всё будет иначе, и я не позволю никому так с собой обращаться». Часто помочь преодолеть подсознательную установку на роль жертвы помогает стремление вытащить мать из тяжёлой беспросветной жизни, и это удаётся — в итоге дочь становится свободна от материнского сценария и может любовью и заботой утешить маму.

АНТИСЦЕНАРИЙ: ВЛАСТНАЯ МАТЬ

Всё та же мать, поставившая жизнь семьи под свой тотальный контроль. Авторитарное воспитание по мере взросления дочери вызывает протест. Девочка борется с материнским диктатом, с подросткового возраста постоянно конфликтует с ней, в итоге ей удаётся уйти из дома и начать самостоятельную жизнь, часто в другом городе или даже в другой стране. При этом в своих отношениях с людьми, особенно в личной жизни дочь тщательно контролирует любые проявления властности, чтобы не стать похожей на свою мать.
У этого сценария есть вариант «Моя мама всегда всем недовольна». В этом случае дочь в детстве становится свидетелем постоянных придирок матери к отцу, видит, что папу не любят, о нём не заботится — и отождествляет себя с ним. Она начинает защищать отца, не может простить матери плохого отношения к нему. Дочь при этом может сохранить отношения с матерью, но все попытки контроля жёстко пресекаются: «Ты сделала отца несчастной, а меня лишила детства, хоть теперь оставь нас в покое».
В своей семье такая женщина старается создать совершенно иной тип отношений, однако часто слишком старается уйти от материнского сценария и может попасть в ловушку сценария женщины-жертвы.

АНТИСЦЕНАРИЙ: ОДИНОКАЯ МАТЬ

Мать разводится с отцом, и дочь наблюдает череду неудачных маминых романов. Та пытается создать семью, её обманывают, предают, а та снова и снова хватается за очередную призрачную надежду на женское счастье.
Дочь любит и жалеет маму, но решает, что самое ужасное для неё — повторить такую жизненную программу. В итоге девочка становится независимой, часто получает хорошее образование и высокооплачиваемую работу, однако очень осторожно относится к мужчинам, часто выбирая путь одиночки, но независимой и обеспеченной. Если и решается создать семью, то только с надёжным и заботливым мужчиной, часто старше себя.

РАЗРУШИТЬ СЦЕНАРИЙ

В этих вариантах женских судеб, вроде бы удаётся уйти от материнской программы, но в борьбе против заложенной схемы отношения с миром включается программа антисценария. Женщина все силы тратит на то, чтобы не повторить судьбу матери, а не на поиск собственного пути. Поэтому и эти, в общем-то, благополучные варианты, могут окончиться депрессией й разочарованием в жизни. По-настоящему счастливым становится не тот, кто построил свою жизнь «от противного», не так как мама, а по своему собственному плану.

ПЕРЕДАЙ СУДЬБУ ПО КРУГУ

Статистика утверждает, что у мужчин и женщин есть «излюбленные» проблемы, с которыми они чаще всего обращаются к психологу. Мужчины страдают от непонимания окружающими и отсутствия признания, а главная «женская» тема — отношения с матерью. Вектор почти всегда направлен от младшего поколения к старшему — женщина приходит с жалобой на непонимание дочери-подростка, а в итоге со слезами начинает жаловаться на собственную мать.
Единственный способ изменить отношения с мамой и свою собственную женскую программу — позволить себе стать взрослой. Звучит странно, особенно если речь идёт о женщинах,
сделавших успешную карьеру, получивших не одно образование, красивых, уверенных в себе. Но едва такая дама слышит критическое замечание, она превращается в нескладную угловатую девочку-подростка, мечтающую добиться маминого признания и маминой ласки.
Слёзы или желание обязательно переспорить уже пожилую маму — спектр реакций может быть самым разным, единственное, что даётся с трудом — это спокойное, доброжелательное, немного отстранённое отношение. Вспоминаются и критика внешности: «Ох, какая ты неуклюжая, как мешок с картошкой», «Тебе нельзя носить такие юбки — только не с твоими ногами», и «И этот муж долго с тобой не проживёт — твой характер ни один мужик не выдержит». И наконец, самое больное — «Бедные твои дети, с такой-то матерью»...
Мамы критикуют взрослых дочерей, как будто те так и остались маленькими и несамостоятельными, и дочки охотно подхватывают эту игру, обижаются, оправдываются, спорят, объясняют свои жизненные неудачи тем, что мать «неправильно меня воспитала».

Та же самая теория сценариев часто используется не для освобождения от груза «чужой программы», а для оправдания своих ошибок и перекладывания ответственности за свою взрослую жизнь на мать. По сути, это сохранение «зоны инфантильности», отказ взрослеть, и такую ситуацию моделируют обе женщины — каждая со своей стороны.

Когда же мама сможет признать свою дочку взрослой? Как ни парадоксально, только если увидит, что та начала воплощать заложенный матерью сценарий, в крайнем случае, анти-сценарий. Но такой путь лишает дочь выбора своего пути, не даёт возможность реализации своей, а не наследственной программы, значит, в глубине души дочь так и останется девочкой, психологически зависящей от матери. Что в этом случае может сделать дочь? Только одно — отойти от мамы на достаточную эмоциональную дистанцию. Психологи под эмоциональной дистанцией подразумевают умение переживать свои чувства и принимать решения без внутренней «оглядки» на кого-либо, в нашем случае — без оглядки на маму. А также умение нести личную ответственность за принятые решения.

Этот путь оказывается продуктивным при жёстком авторитарном контроле матери над уже взрослой дочерью.
Но такое создание дистанции помогает и тогда, когда дочери не хватает любви маминой любви, и маминого понимания. Как ни странно, оба эти «противоположных» варианта имеют общую природу — психологическое сращивание матери и дочери. Поэтому отстранение даёт шанс обеим женщинам «отпустить» друг друга. Только после того, как дочь обретёт самостоятельность, она сможет сделать шаг навстречу своей матери.

ТЫ ЗНАЕШЬ, ВСЕ ЕЩЕ БУДЕТ...

Каждый может припомнить историю про вечно конфликтующих мать с дочкой, отношения между которыми неожиданно нормализовались, когда дочь уехала работать в другой город. Похожие истории рассказывают и те женщины, которые решились уйти от мамы на съёмную квартиру или уехали жить к мужу. Конфликты затихают, а потом и вовсе сходят на нет. Что же происходит в таких случаях? Да просто дочь выбирает свой собственный путь, делает шаг в неизвестность, отрывается от матери и берёт на себя всю ответственность за последствия своего выбора.
Мать боится остаться одна, ей страшно за дочкино благополучие, но она находит в себе силы отпустить дочь. В этом случае сценарий разрушается — мама может совершить это чудо, когда внутренне разрешает дочери просто быть счастливой — без всяких условий и обязательств. «Будь счастливой, дочка, и будь так, как ты сама решишь» — вот волшебный ключ, размыкающий цепь, связывающий вереницей сценариев и антисценариев женщин в каждой семье. Если дочь решается пойти по неизведанному пути, а мать желает ей счастья и отпускает её — начинается твориться новый вариант женской судьбы.
Но что самое удивительное, при таком развитии событий выстраиваются качественно новые отношения между матерью и дочерью — оставаясь мамой и дочкой, они становятся друзьями, даже скорее — новым «социальным контактом». Только более теплым, более глубоким, чем все другие отношения. Нам всем надо повзрослеть и выстроить дистанцию, чтобы успеть пожить в новых отношениях. Но часто дочка надеется на невозможное: мама «исправится»!
Если не успеть выстроить новых, «взрослых» отношений, то с уходом матери дочь сталкивается с двойной болью — от потери и невозможности уже что-либо исправить. Чувство вины и обиды может остаться с осиротевшей взрослой дочерью на всю жизнь, омрачая судьбу самой женщины и её детей.
В семьях, где влияние «семейной программы» преодолено, именно мама становится опорой для своей дочери на её пути к взрослой жизни. Там, где работают сценарии и антисценарии — начинает тот, кто первым осознал проблему. Чаще всего, дочери, сами став матерями, стараются разорвать порочный круг, не испортить жизнь своим ещё маленьким детям. Ради них они начинают медленно, по кирпичику, разбирать стену, возведённую мамой, бабушкой, а часто и более дальними поколениями. И тогда с другой стороны приходит помощь — их матери, отбросив привычные и давно обжитые сценарии, выходят навстречу своим повзрослевшим девочкам — игры в дочки-матери закончены, пора просто жить и учиться быть счастливыми.

«УХОЖУ, ИНАЧЕ ТЫ НЕ ИЗМЕНИШЬСЯ...»

Ирина Л., 43 года. Ирина осталась без отца в 14 лет, её и младшего брата растила овдовевшая мать. Горе сблизило и без того близких людей, обе — и дочь, и мать — старались оберегать мальчика от тягот. Добавился и переезд в другой город, семья оказалась вырвана из привычного окружения. Ира как-то незаметно стала главной опорой и поддержкой для мамы, старалась не огорчать, помогала, не спорила. Но мама всё равно расстраивалась — дочь взрослела, сын тоже подрастал, призрак одиночества становился всё осязаемей.
Ирина окончила школу, решила стать переводчиком с английского, язык давался легко, хотелось продолжать его изучение. Но мама, посоветовавшись с «опытными людьми», направила дочь учиться на инженера-мостостроителя, специальность надёжная, а что не нравится — так это не страшно, зато зарплата хорошая. Ира окончила институт, ей нашли подходящего жениха, она вышла замуж. Настали 90-е годы, работы по специальности не стало, зато на руках было две дочки — Марьяна и Соня — и мама. Муж в новых условиях ушёл в поиски «духовного совершенствования», Ирина кормила и обихаживала свою большую семью, о себе думать было некогда.
Муж уехал жить за город, начал строить дом, его редкие заработки уходили теперь на это. Брат вырос, женился и зажил самостоятельной жизнью. Когда мама тяжело заболела, всё опять досталось одной Ирине — на годы. После смерти матери образовалась пустота, с мужем отношения давно разрушились, единственным светом в окошке оставались дочери. Мир рухнул, когда Марьяна собрала вещи и на пороге сказала матери: «Больше тут жить не стану, буду снимать комнату». На слёзы матери ответила, что хочет найти свой путь в жизни, координат не оставит, звонить будет сама, если захочет. «Мама, ты должна понять, что ты сама хочешь в жизни, нельзя так. И я не хочу как ты, ухожу, иначе ты никогда не изменишься», — слова дочери прозвучали как гром.
Несколько месяцев Ирина прожила как во сне — от звонка до звонка Марьяны, потеряла сон и аппетит, вымаливала редкие встречи. Пришлось обратиться к психотерапевту, и только там Ирина впервые осознала, что у неё есть и она сама, начала вспоминать, что ей нравилось когда-то, чем интересовалась. Уход Марьяны затормозил привычный бег по кругу, Ирина развелась с давно отделившимся мужем, общение с младшей дочерью стало более дружеским, обнаружились общие интересы — теннис, прогулки на природе. И однажды вечером пришла Марьяна — «на огонёк», как она выразилась. Старшая дочь возобновила отношения с семьёй, она обрела свободу, Ирина вернула себе себя, теперь у них есть шанс на то, что вместо разыгрывания сценария, они обретут подлинную жизнь.

«ЕЩЕ РАЗ УДАРИШЬ - БИТЬ БУДЕТ НЕЧЕМ...»

Татьяна Л.,34 года. Росла единственным ребёнком в семье, где муж, намного старше своей жены, был классическим «хозяином в доме». Если папа выпивал рюмку-другую — становился агрессивным, начинал «строить» супругу, а потом и маленькую Танюшку. С годами выпивка стала чаще, парой рюмок дело не ограничивалось, мать боялась скандалов и как громоотвод подставляла дочь — жаловалась на тройки в школе, опоздания домой с тренировок в бассейне, находила ещё множество огрехов в каждом Танином шаге.
Отец сыпал затрещины, от его крика и ругани у Тани закладывало уши. Она старалась учиться лучше и лучше, но у папы всегда находилось, за что сорвать на ней раздражение. Мать в такие минуты исчезала, отстранялась, просить защиты у неё было бесполезно. Татьяна бросила занятия плаваньем, записалась на каратэ. Однажды, когда отец в очередной раз замахнулся на неё, — перехватила его руку, спокойно предупредила: «Ещё раз ударишь — сломаю. Бить будет нечем. И мать не трогай». Как ни странно, папа воспринял новый расклад с удовлетворением — Танюха оказалась «настоящим мужиком в юбке», не то, что её курица-мамаша. Таня окончила школу с золотой медалью, потом — престижный ВУЗ, вышла замуж. Внешне отношения с родителями выглядели благополучно, с мужем — тоже, только Татьяна знала, что внутри неё живёт всё тот же детский страх, что часто наваливается депрессия, подступают слёзы. Она запрятывала это подальше, чтобы никто не увидел — даже любимый муж.
Рождение дочери, а потом и сына показали ей, что она просто не умеет быть нежной, ласковой, не умеет играть с детьми, боится лишний раз улыбнуться им, обнять и поцеловать. Однажды, выговаривая дочери за разбитую чашку, она увидела испуганный взгляд маленькой девочки — свой взгляд. Замолчала, отправила дочку в детскую. На другой день Татьяна пошла к психологу, и там, впервые за много лет, плакала, слезами растапливая ту ледяную стену, которая образовалась в её душе. Нет, всё не изменилось как по волшебству, пришлось долго лечить покалеченную в детстве психику. Она делала это сначала ради дочки и сына, а потом уже — ради той маленькой Танюшки, которую ей теперь хотелось утешить и приласкать.
Сейчас Татьяне удалось простить своих родителей, хотя тёплыми их отношения так и не стали. Зато она научилась играть и смеяться вместе со своими детьми, доверять мужу и жить в мире сама с собой.

«ПОЧЕМУ ТЫ ВСЕГДА УХОДИШЬ?»

Инна С., 37 лет. Инна была первым и единственным ребёнком, родившейся у такой же единственной молоденькой дочки любящих родителей. Появлению внучки обрадовались все — бабушка, дедушка, две двоюродные бабули и прабабушка — хорошенькая малышка с первых дней жизни стала править этим маленьким королевством. Исчезновения отца полугодовалая Инночка не осознала, развод родителей прошёл безболезненно. А вот как исчезла мама Злата — запомнилось навсегда. Красивая и нарядная, она помахала рукой, запахнула шубку, села в машину и надолго исчезла из Инниной жизни.
Маме всегда было скучно возиться с младенцем, она честно кормила дочь до появления первых зубок, а потом окончательно сдала девочку на руки многочисленной родне. Мать раз в неделю звонила в старинный провинциальный городок из далёкой Москвы, рассказывала о работе, друзьях, выставках и премьерах. Дочка завороженно слушала мамин голос и всё время ждала, когда она снова появится на пороге их уютной квартиры. Мама приезжала два раза в год, но дольше, чем на неделю, не оставалась.
Инна росла умненькой, послушной и, как ни странно, неизбалованной. Однажды мать оценивающе глянула на шестилетнюю девочку и объявила, что забирает её с собой в Москву — там у Инны будет новый дом и новый папа. Новый папа оказался шумным и щедрым, однако он всё время был занят, и мама тоже. Инна целый день сидела одна в пустой квартире, её даже в садик не отдавали, потому что некому было забирать. Инна сама доставала из холодильника еду, сама мыла за собой тарелку, сама ложилась спать... Она начала болеть, мама сердилась, что дочка такая невозможно нескладная, простужается и нарушает блестящий вихрь её жизни. Приехала бабушка, взглянула на исхудалую бледную внучку, молча сгребла её в охапку и увезла домой. Мама помахала им в окошко красивой загорелой рукой и опять стала приезжать лишь на Новый год и день рождения Инны. Когда Инна окончила школу, пришла пора поступать в институт. Однако, мама настояла, чтобы дочь выбрала питерский ВУЗ. Училась Инна отлично, с сокурсниками ладила, хлопот квартирной хозяйке не доставляла. До тех пор, пока мать, приехавшая в Питер в командировку, не обнаружила — семнадцатилетняя дочь беременна от «неподходящего парня». С ухажёром строго поговорили, Инне «организовали» аборт. Второй роман ей удалось скрыть от матери, так же, как и беременность. Отец ребёнка исчез, не оставив даже адреса, но Инна всё равно была счастлива, дочка Леночка заполнила пустоту в её сердце, впервые за много лет она не ощущала внутри проклятого холода и тоски.
Через несколько лет мама Злата признала внучку, правда, звать себя бабушкой не позволила. Инна заочно окончила институт, похоронила своих любимых стариков, переехала в Москву. Она много работала, но на дочку всегда находила время и силы, им с Леной было хорошо и тепло вместе. Личную жизнь Инна устроить не пыталась, боялась, что Лена может почувствовать себя брошенной. Всё устроилось само собой — один из её коллег помогал больше других, он подружился с Леной, как-то незаметно стал незаменим для обеих «девчонок». «Почему ты всегда уходишь?» — как-то спросила Лена у дяди Андрея. «Да вы же меня не зовёте к себе жить, так?» «Зовём. Оставайся с нами насовсем, мама согласна. Только я хочу, чтобы была красивая свадьба, как у принцессы!» И была свадьба, а потом было простое и такое долгожданное счастье. Вскоре мама Злата в очередной раз развелась и тяжело заболела. Инна ухаживала за матерью, оплачивала счета, организовывала путёвки в санаторий. Чем больше она общалась с мамой, тем сильней оживали детская тоска и холод внутри. Но потом Инна поняла, что мама просто не умеет любить. Она осознала, что в ней жила обида, в которой она не могла признаться себе долгие годы. Инна простила маму, помогла ей сблизиться с Леной. И случилось чудо — Злата и Лена не просто подружились, они полюбили друг друга. Теперь Лена называет Злату бабушкой, та гордится внучкой, в курсе всех её дел и интересов. Леночка помогла маме и бабушке преодолеть пропасть между ними.

Нет комментариев
Добавить комментарий